Главная Публикации О книгах Персоны HotNews Форум Обратная связь

 

ПРЕЛЮБОДЕИ ИЗ ПЯТОГО ОТДЕЛА

Начальник пятого отдела Сидор Сидорович Сидоров был невысокого роста, пухленький и круглолицый. Из-за объемного живота брюки поддерживал итальянскими подтяжками. В Министерство Правды Мутландии он, как и большинство его коллег, попал из отдела пропаганды и агитации всемогущего ЦК.

В девять утра расшифровка телефонного разговора Марата с редактором "Коза ностры" лежала у него на столе. Дочитав донесение, Сидоров поднял трубку и набрал номер секретарши.

- Агриппина, а ну-ка пришли ко мне старого козла. Он совсем нюх потерял. Клизму ставить буду, сифонную.

Трахтенгерц в кабинет вошел смиренно согнувшись, хромая на левую ногу и хлюпая носом.

- Как это понимать?! - заорал Сидоров, размахивая канцелярской папкой.

- Что?! - озабоченно повертел из стороны в сторону головой старик и для чего-то закатил глаза к потолку.

- Марат рано утром передал в Москву об убийстве на набережной. Мне еще позвонить не успели, а он уже перегнал в Москву все подробности с фамилиями. Тебе не кажется, что его накануне кто-то проинформировал о вынесенном приговоре?

- Вчера он ни с кем не встречался, - понурил голову Трахтенгерц, - я не отходил от него ни на шаг.

- Откуда ж он тогда узнал об убийстве?

- Не могу знать, - вытянулся по стойке "смирно" Трахтенгерц. - В его поведении много чего необъяснимо. Я подозреваю, что на журналиста работает кто-то из наших сотрудников.

- Что?! - взвился начальник, - ты в своем уме?

От одной мысли, что кого-то из сотрудников пятого отдела могли заподозрить в измене новому режиму, Сидорова бросило сначала в жар, а потом в холод. Демократы и так косились на Министерство Правды, укомплектованное из бывших членов ЦК. Малейший повод мог привести к небывалому скандалу, и тогда прощай, пенсия.

- И кого же завербовал Марат? - перешел на зловещий шепот начальник. Он весь кипел и готов был разорвать на части старого склочника.

- Кого, пока не знаю, - сделал ударение на слове "пока" Трахтенгерц, - но Марат вчера на пляже в присутствии гражданки Тимофеевой из Москвы назвал мою фамилию.

- Он назвал тебя по фамилии? - переспросил Сидоров.

- Так точно. А ведь я с ним до этой встречи знаком не был. Марат сказал Тимофеевой, что я сотрудник пятого отдела Министерства Правды.

Сидоров с презрением посмотрел на старика и почесал затылок. С одной стороны, прокол Трахтенгерца могли поставить ему в вину, но с другой - это был прекрасный повод для того, чтобы избавиться от старого чекиста навсегда. Сидоров подлого Трахтенгерца боялся больше, чем генерала.

- Как же он тебя узнал, конспиратор хренов? - грозно рявкнул начальник, - проболтался по пьянке?

- Я не пью, - напомнил Трахтенгерц, - мне кажется, что Марат вовсе не журналист.

- И кто же он - дьявол? - ухмыльнулся Сидоров.

- Может и дьявол, - вдруг закивал головой старый чекист, - а может и... шпион.

Трахтенгерц вдруг захотел перекреститься, но, глянув на побелевшего Сидорова, спрятал руки за спину.

- И на кого же он работает? - с трудом сдерживая себя, ехидно спросил Сидоров. Беседа с подчиненным его извела окончательно.

- Марат - сотрудник российского ГРУ! - закрыв глаза, вдруг выпалил Трахтенгерц. - А убийство Валуева организовали...

- Американцы! - взревел на весь отдел Сидоров. - Ты думаешь, что несешь, кретин. Мы этого Марата пасем уже второй год. Где доказательства, что он шпион? Я тебя спрашиваю! Это твои домыслы! Кто меня убеждал, что он тройной агент? Израильско-американо-русский шпион... Это твои рапорты, Трахтенгерц. А этот шедевр?! - выхватил из папки листок Сидоров. - "Из достоверных источников агенту Терентию стало известно, что Марат связан с Мальтийским орденом". Ты хоть знаешь, что такое Мальтийский орден?!

Трахтенгерц смиренно склонил голову и возражать разъяренному Сидорову не рискнул.

- С кем журналист встречался на пляже? Быстро.

- Подозрительных контактов не зафиксировано, - с трудом выдавил из себя Трахтенгерц, - я сидел от него в пяти метрах. В море он купался всего три раза. Самый длинный заплыв начал в 13 часов 21 минуту. От берега отплыл мили на полторы. Но я за ним внимательно наблюдал -...

Старик замялся, потер переносицу и, наконец, решившись, продолжил:

- Мне показалось, что в море Марат встречался с аквалангистом.

- Так встречался или показалось? - насторожился Сидоров.

- Человека я не видел, но мне показалось, что возле него мелькали ласты и цветной шарик.

- Ты видел ласты за полторы мили от берега?! - подозрительно посмотрел на старика Сидоров.

- Утверждать не могу. У меня бинокля не было... Я просил вчера у Агриппины Варлампьевны морской бинокль...

- Бинокль на санаторском пляже - лучшая конспирация! - возмутился Сидоров и повертел пальцем у виска. - Скажи честно, про водолаза ты сейчас придумал?

- Нет. Я ласты видел возле Марата и теннисный шарик, - вдруг распрямился Трахтенгерц и открыто посмотрел на начальника. Страх в его глазах исчез. - Шарики крепят к дыхательной трубке для того, чтобы при погружении вода не попала в легкие. Я выяснял. Таких комплектов на острове - два десятка. Ими пользуются в основном спасатели и водолазы.

- С кем еще контактировал Марат на пляже? - продолжил беседу Сидоров. Разубеждать Трахтенгерца в бредовости этой идеи он не стал, а решил использовать ее против самого отставного чекиста.

- На него инициативно вышла гражданка Тимофеева из Москвы. Бабенка в самом соку, но Марат ее отбрил и наговорил всяких гадостей.

Трахтенгерц хотел рассказать начальнику о предсказаниях, но глянув на злобную физиономию, испугался и умолк.

- С кем еще встречался Марат?

- Он не изменил своим привычкам. Сделал покупки в пяти киосках. На улице Швондера купил шоколад "Конец света" и тут же съел его, а обертку выбросил в водопроводный люк. В газетном киоске приобрел газету "Воры в законе", в овощном - бурак.

- А бурак ему для чего?

- Он ест вареный бурак с солью на ночь.

- Но это же невозможно есть, - скривился Сидоров, - где еще побывал этот извращенец?

- Больше нигде. Дома журналист отключил телефон и до двух ночи стучал на машинке.

- Почтовый ящик?

- Проверяли. Ни писем, ни записок там не было.

- Нюх потерял, Трахтенгерц, - грозно свел брови Сидоров. Ему хотелось наговорить старику побольше оскорблений. Но подобающих слов не нашлось, - если не выявишь его сообщника - отправлю на пенсию!

Оставшись один, Сидоров попросил секретаршу ни с кем не соединять по городскому телефону, сладко зевнул и извлек из сейфа "Горькую Мутланскую" Налил полный фужер и залпом осушил его. После чего прикрыл глаза и блаженно растянулся в кресле.

"Гнать надо Трахтенгерца из органов, - промелькнула в голове у Сидорова трезвая мысль, - склочный старик. Совсем нюх потерял".

Однако вздремнуть ему после первого фужера не удалось. Неожиданно, как ошалелый, заверещал красный телефон прямой связи. Сидоров подскочил с кресла и заорал в трубку: "Начальник пятого отдела у аппарата".

- Докладывай! - послышался в трубке озабоченный мужской голос.

- Товарищ генерал, сегодня утром убит Валуев. По нашим данным, член преступной группировки. Других серьезных происшествий нет.

- Значит никаких ЧП в городе ты не заметил? - с угрозой в голосе уточнил генерал.

- Никак нет! - по-солдафонски вытянулся Сидоров.

- А то, что подопечный твой об этом происшествии в Москву передал подробности через десять минут после убийства, тебя не удивило? Источник информации установил?

- Пока нет това... господин генерал, - вовремя поправился Сидоров, - за ним весь день следил Трахтенгерц.

- Ты хочешь сказать, что старик упустил журналиста?

- Так точно, господин генерал. У Трахтенгерца нет других заданий. Может подготовить материалы о его... увольнении из Министерства Правды, - заикаясь, спросил Сидоров. Ему очень хотелось услышать положительный ответ.

- Оставь старика в покое, - после небольшой паузы произнес генерал, - Трахтенгерц доложил, что ты на портретах основоположников марксизма поимел секретаршу и неединожды.

- Клевета, господин генерал. Меня оклеветали! - в страхе закричал Сидоров. Он не знал, как среагирует генерал- демократ на его шалости с портретами.

- А ведь ты раньше молился на эти портреты... - задумчиво продолжил генерал. - Я б на твоем месте поостерегался богохульничать. Поиметь секретаршу на самом товарище Сталине в грязном чулане! Это - омерзительно, Сидоров.

- Не было этого, господин генерал, - потухшим голосом залепетал Сидоров. Он готов был тут же разорвать на куски подлого Трахтенгерца.

- Мне-то не ври! - повысил голос генерал. - Через три дня после чулана ты бегал к венерологу лечить триппер вместе с секретаршей и ее мужем. Так вот, Сидоров, если не найдешь сообщника Марата, пеняй на себя! Я тебе тогда и Маркса, и Сталина, и триппер припомню, извращенец.

Услышав короткие гудки, Сидоров осторожно положил трубку на аппарат, достал из сейфа "Горькую Мутланскую" и обречено присосался к горлышку. Наступивший день не предвещал для начальника пятого отдела ничего хорошего.

Через полчаса Сидорову доложили, что Марат занялся поисками пропавшего спикера и чуть было не улетел вместе с цинковым гробом в Тюмень.