В Крыму готовится к изданию новая книга Марка Агатова «Матильда»

Сегодня «Крымский аналитик» публикует первую главу  из новой книги Марка Агатова «Матильда».

Марк Агатов  «Крымский аналитик» предупреждает читателей о том, что в повести «Матильда» Марка Агатова  вы не найдете любовных историй, связанных с Николаем вторым и его окружением. «Матильда» Марка Агатова − это история о нашем времени.  О художниках, писателях, режиссерах и тех, кто «Пастернака не читал, но,  как и весь советский народ, требовал посадить и лишить советского гражданства великого поэта».

РИДЕРО. Электронную версию книги МАРКА АГАТОВА  "МАТИЛЬДА" ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ БЕСПЛАТНО. 

«Секретарь комсомольской организации городского Дома культуры балерина Матильда завлекала в свои любовные сети офицеров и рядовых солдат рассказами о том, что ее прабабка была любовницей царя Николая II, намекая на то, что в ее венах течет царская кровь. Те, кто верил в ее благородное происхождение, в постели называли Матильду царицей, но были и такие, кому было все равно, с кем в молодости грешила ее прабабка. Им нравилась сама балерина, страстная и непредсказуемая двадцатилетняя красавица».

РИДЕРО. Электронную версию книги МАРКА АГАТОВА "МАТИЛЬДА" ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ БЕСПЛАТНО.

 Жуткая тайна «инфарктной палаты»

 Плохо, когда из реанимации ты попадаешь в длинный тоннель, ведущий к воротам рая, но еще хуже, если тебя там встретит не богообразный старец, а сержант Советской армии Козлов с карабином Симонова в руках. И не просто встретит, а начнет задавать вопросы о твоем прошлом.

Матильда.

 Утром из реанимации его перевели в палату «инфарктников». Он хотел идти по коридору сам, но его усадили в кресло.

 − Вам нельзя ходить, − мягко сообщила жгучая брюнетка в белом халате. На вид ей было лет сорок, сорок пять. Он знал, что нельзя. Врач «скорой» написал на кусочке картона «подозрение на инфаркт».

 В шестиместной палате две кровати были свободны. Одна стояла у самой двери, другая у окна.

 − Из окна дует, − сообщил маленький тощий мужичонка, шмыгая носом.− Меня зовут Вася.

 Он выбрал ту, что стояла у двери. Молча лег на кровать и прикрыл глаза. После реанимации он хотел полежать в тишине. Подумать о своей жизни. Потом пришла та же медсестра, на лице ее теперь была маска из белоснежной марли. Она закрывала ее губы и нос.

 − Я вас уже где-то видел, − сообщил мужчина.

 − Я тоже, ночью в реанимации.

 − Мне кажется, что я вас видел раньше, много лет назад, а вот где – не помню.

 − Главное, чтобы мы в будущей жизни с вами больше никогда не встречались, − тихо произнесла медсестра и, установив капельницу, вышла из палаты.

 Мужчина обреченно смотрел на падающие в систему капли. Неожиданно у него закружилась голова, и он полетел куда-то вниз, в пропасть.

 «Надо дернуть за кольцо и раскрыть парашют», − подумал больной, но ничего не сделал для своего спасения.

 Потом он оказался в длиннющем черном тоннеле. И летел уже не вниз, а параллельно земле. Вдоль стен висели лампочки, но они не горели. Минут через пять он вырвался из темноты и увидел горящий факел. Один, другой, третий. И тут дорогу ему преградил сержант с карабином в руках.

 − Стой! Стрелять буду! – громко крикнул сержант, направляя на него ствол карабина.

 − Стреляй! – улыбнулся мужчина в больничной пижаме. – Я из «инфарктной» палаты.

 − Значит, ты уже готов к исповеди?

 − А ты кто такой, чтобы мне вопросы задавать? У входа в рай меня должен был встретить седой старик с бородой. Я его на картине видел.

 − Ты же атеист, грешник. Тебе в рай не положено, − радостно сообщил сержант. – Я тебя сейчас пристрелю, и мы навсегда закроем тему.

 − С каких это пор у входа в рай расстреливают тех, кто пришел к ним сам?

 − Я часовой, лицо неприкосновенное, − сообщил сержант. – И убить тебя должен был еще при твоей жизни, но не смог.

 − Струсил? – уточнил больной. Разговор с часовым в советской военной форме ему не понравился.

 − Да, − я не смог выстрелить из этого карабина, – зло крикнул сержант. Если бы тогда я убил тебя, то все было б иначе.

 − И за что ты меня хотел убить? – спросил мужчина в пижаме.

 − Ты девушку у меня увел.

 − Из-за бабы мужика убивать? Глупо, − больной внимательно посмотрел на сержанта, но так и не вспомнил, кто он и откуда. – Ты, хоть, скажи, как ее звали. А то умру и не узнаю, из-за кого пострадал.

 − Ее Матильда звали, − сообщил сержант, передергивая затвор.

 − Хорошо, хоть не Наташа, − чему-то своему улыбнулся мужчина из «инфарктной» палаты. – В Турции все русские бабы «Наташи». Не было у меня Матильды. А Наташи были. Может, ее Наташа звали?

 − Нет, Матильда.

 − Ошибочка вышла, сержант. Ты все перепутал. Не знаю я никакой Матильды. И тебя первый раз вижу! – неожиданно выдал инфарктник.

 − Матильда - моя жена, − неожиданно признался сержант. − Перед смертью она клялась, что ты у нее был первый. Из-за чего я был обречен воспитывать твоего сына.

 − Ага, первый?! – пропустив историю с сыном, возмутился мужчина в пижаме. – У меня та же проблема. Все бабы, у которых я был не первым, говорили, что я второй. Даже если у нее там целый полк побывал в гостях.

 − Матильда не такая.

 − Слушай, я что-то слышал про твою Матильду. Она балериной была?

 − Балериной, но она не была любовницей царя, потому что он святой! Учитель оклеветал ее. Надругался над царем! – безумно вращая глазами, закричал сержант, нажимая на спусковой крючок. Грохнул выстрел. Пуля пролетела рядом с больным, но в него не попала.

 − Придурок, левее надо было брать, левее! На моем карабине прицел сбит, – крикнул мужчина в пижаме, вырывая из рук сержанта оружие.

 Потом он летел по черному тоннелю куда-то вниз, распугивая выстрелами из карабина черные тени огромных крыс. Ему показалось, что прошла вечность. Неожиданно в конце тоннеля он увидел свет, яркий безжизненный свет, и услышал знакомый голос соседа по койке.

 − Я же говорил, что он станет четвертым. Четвертым покойником за последние сутки на этой кровати. Костя, давай мандарин, я выиграл.

 − Погоди, надо врача позвать, пусть подтвердит официально, − отмахнулся от Василия Петухова толстый неповоротливый мужик с одутловатым лицом.

 − Не надо ничего подтверждать. Он умер, я выиграл! Давай мандарин.

 «Суки, они еще пари заключили. Выживу, убью всех! – пронеслось в голове у вернувшегося с того света больного. И тут он все вспомнил. − Ну, конечно же, меня отравила медсестра. И зовут ее Матильда. А откуда взялась тогда балерина вместе с царем и каким-то учителем?».

 Мужчина открыл глаза. В палате никого не было. Из радиоточки мужской голос требовал запретить фильм «Матильда» и сослать на Соловки Учителя.

 − Мандарины делить пошли, суки позорные! − громко произнес лежащий под капельницей мужчина, но никто не отреагировал на его слова. Лишь только радиоточка продолжала угрожать небесными карами всем, кто посмел усомниться в святости Николая второго.

 − А я все понять не мог, что в моей голове делает эта балерина? А она из радиоточки в мозг проникла, − обрадовался больной. – Значит это не мой бред. Весь мир сошел с ума! С утра и до ночи несут всякую чушь про балерину, царя и Учителя. А в моей голове полный порядок! У меня только с памятью что-то случилось.

 Ровно через две минуты на больничную койку присел старшина НКВД из киевской расстрельной команды. Он был в форме с револьвером в руках и такой же молодой, как на фото из домашнего альбома.

 − Их надо было расстрелять с коммунистической ненавистью в девяностом году прямо на Арбате, а теперь, поздно. Они расплодились. Их сотни тысяч! Царей прославляют. Вечно живого из Мавзолея вынести хотят. И ты вместо того, чтобы продолжить наше дело, в «инфарктную» палату залег.

 − И что вы предлагаете? Стрелять бывших комсомольцев, которые несут всякую чушь про царя и Матильду? − указал на радиоточку больной.

 − Мне нравится ход твоих мыслей. Тебе дать револьвер?

 − Не сейчас. Для начала я хотел бы узнать, кто я такой и как меня зовут?

 − Я помогу тебе! У моих клиентов память восстанавливалась за минуту до расстрела. В глаза! В глаза смотреть! Не отворачивайся! Я верну тебя в 37-й год прямо сейчас! − старшина поднял револьвер и направил его в сторону больного. − В отличие от Козлова я стреляю без промаха! И прицел у меня проверенный. Приговоренных к расстрелу я убивал с первого выстрела!

 − А меня за что?! Я не знаю никакую Матильду. И балерин у меня никогда не было, − голосом драматического актера произнес больной. − И в убийстве царя не участвовал. Это было до революции. Меня тогда еще и в проекте не было. Ты понимаешь, я из другого времени. Я свое отстрелял в девяностых.

 − Не отвертишься, сучок. Сейчас ты ответишь за всё, − грязно выругавшись, плюнул на пол старшина. − Я следил за тобой. Ты виноват в госизмене.

 − В чем?! – удивился мужчина.

 − Ты разгласил гостайну. Раскрыл методы работы КГБ, назвал имена агентов, а за это полагается высшая мера!

 − Какая гостайна, какая измена? Что ты несешь?!

 − А ты вспомни, секретная операция КГБ СССР «Голубой художник». Ты там сыграл главную роль. Так мне стрелять или ты сам уйдешь в мир иной?

 Мужчина в пижаме вырвал из руки иглу, по которой к нему в вену поступало лекарство из капельницы.

 − От прошлого не спрячешься, Марат, − зловеще произнес старшина НКВД. – Я тебя заставлю вспомнить обо всех твоих подвигах.

 Старшина выстрелил из револьвера в потолок, и больной тут же оказался в полутемном кинозале. Рядом с ним сидели броско разукрашенные молодые люди с попкорном в руках.

 «Меня звали Марат, пронеслось в мозгу больного. Странное имя. А может, он ошибся? Ну, какой я Марат?».

 

Больной перевел взгляд на экран. Там по пустынной улице шла красивая женщина.

 

Глава из книги Марка Агатова «Матильда»

10 августа 2017 года

 "

 "Матильда". Главы из повести Марка Агатова

 20 новых книг скандально известного писателя из Крыма Марка Агатова продаются сегодня на Амазоне, Озоне, ЛитРесе Среди них: «Людоед из Севастополя», «Предсказание Вольфа Мессинга », «Жуткие тайны Казантипа», «Психушка»,"КОД СТРАХА", "Расстрелянный народ". "Тупик Чубайса №13",  "УБИЙСТВО НА КАЗАНТИПЕ",   "Виагра  для ЦРУ" .

Марк Агатов — автор 20 книг. Среди них: «Премьер Куницын и его команда», «Спикер-убийца», «Оранжевая революция», «Крымская весна», «Смерть рэкетирам!», «Убийство на Казантипе», «Виагра для ЦРУ». По мотивам повести «В паутине смерти» на киностудии имени Горького в 1991 году был снят художественный фильм «Игра на миллионы». Общий тираж книг Марка Агатова около 700 000 экз. Марк Агатов работал в российских газетах «КоммерсантЪ», «Труд», «Новые известия». Марк Агатов — заслуженный работник культуры республики Крым.

РИДЕРО. Электронную версию книги МАРКА АГАТОВА  "МАТИЛЬДА" ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ БЕСПЛАТНО. 

«Секретарь комсомольской организации городского Дома культуры балерина Матильда завлекала в свои любовные сети офицеров и рядовых солдат рассказами о том, что ее прабабка была любовницей царя Николая II, намекая на то, что в ее венах течет царская кровь. Те, кто верил в ее благородное происхождение, в постели называли Матильду царицей, но были и такие, кому было все равно, с кем в молодости грешила ее прабабка. Им нравилась сама балерина, страстная и непредсказуемая двадцатилетняя красавица».

РИДЕРО. Электронную версию книги МАРКА АГАТОВА "МАТИЛЬДА" ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ БЕСПЛАТНО.

Комментарии
Добавить новый Поиск
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Тема:
 
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.

3.25 Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."